Гродненка надеется, что белорусский суд поможет защитить ее детей от мужа-француза

Иностранец пытается отобрать у матери детей. Судебный процесс во Франции закончился в пользу мужчины. 41-летняя Татьяна в отчаянии.

1582096187.jpg
1582096187.jpg

Женщина рассказала «Перспективе» свою непростую жизненную историю.

Бонжур, месье! 

Татьяна познакомилась с будущим супругом на выставке в Швеции, в которой принимала участие. Она по специальности дизайнер, имеет два высших образования. Он – врач-анестезиолог, на два года старше. Приглянулись друг другу с первого взгляда. Переписывались, потом начали встречаться, мужчина прилетал в Беларусь, красиво ухаживал. Убедившись в своих чувствах, решили пожениться. 

– Чтобы расписаться, надо было собрать кучу бумаг, получить разрешение у консула. На это ушло несколько месяцев. К тому времени у нас родился сынишка. Когда ему было 6 месяцев, мы, наконец-то, собрав все документы, оформили брак. Расписывались в нашей стране. Здесь с мужем прожили три года, – рассказывает Татьяна. – Но он не хотел в Беларуси оставаться. У его семьи во Франции было несколько домов, предполагалось, что один из них для нас. К тому же серьезно болел его отец, нужно было помогать матери и бабушке. Тем более он работал врачом в Африке, зарабатывал 9 тысяч евро в месяц. Между работой, Францией и Беларусью он не мог разрываться. Я решила его поддержать. Согласилась на переезд во Францию. 

Женские надежды

Городок небольшой, в 14 км от Ниццы. Правда, места в том доме, который предназначался, им не нашлось. Там уже разместилась сестра мужа со своей семьей. Татьяну с маленьким сыном поселили в дом к престарелой бабушке супруга. Муж снова улетел в Африку.   

– Условия в доме были такими, что с маленьким ребенком невозможно находиться. Дом старый, электропроводка прохудилась, не выдерживала напряжения. Старушка одна жила, электричеством особо не пользовалась, в отличие от нас, и оно вышло из строя. Меня обвинили в расточительстве. Бабушку забрали родные, а меня оставили. К тому времени я забеременела вторым ребенком, – продолжает Татьяна.

Женщина любила супруга, пыталась сохранить брак, надеялась, что всё изменится к лучшему. Но становилось только сложнее. 

– Денег он мне не давал, оплачивал все счета сам, закупал нам продукты на длительный срок, – вспоминает женщина. – На то, что в доме такие условия, не обращал внимания. Летом из-за отсутствия кондиционеров было +43 градуса, зимой – максимум плюс 15. Знаете, как мы с детьми спали, чтобы согреться? Одного ребенка клала себе на живот, другого – рядом. Деньги у мужа были, но не понимаю, почему он не хотел делать ремонт в доме. Крыша такая, что можно было звезды на небе считать. Обогревать дом электроприборами нам не разрешал. Жизнь во Франции дорогая. Визит к педиатру стоит 32 евро. Супруг мне даст 20 евро, остальные где хочешь, там и бери. Как-то у сына температура поднялась под сорок, его сестра говорит: «Подумаешь, потерпит». На работу из-за незнания языка я не могла устроиться, на курсы муж меня не пускал. Мол, учи язык с бабушкой. А в декрете женщина может сидеть только три месяца после родов. Его отец умер, мать оказалась в психбольнице, даже не к кому там обратиться. Я была в изоляции.

Чаша переполнилась   

– Когда мы еще встречались, замечала, что он скупой человек, но не могла подумать, что всё так обернется. Сын в три года пошел в школу (школьное образование во Франции начинается с трехлетнего возраста. – Прим. авт.), ему было некомфортно оттого, что не знает языка. Он ведь в основном общался только со мной на русском. В школе его не кормили. Если один родитель не работает, ребенка в школе не кормят. С дочкой почти та же картина. Я начала намекать мужу, что нам в Беларуси будет лучше, но он не хотел слышать. Летом на каникулы мы улетели к моим родителям.

Потом мужу в Африке не продлили контракт, он стал работать во Франции. Всё еще ухудшилось. Приходил с работы нервный, кричал. Правда, руку не поднимал. Психологически Татьяна отдыхала только в Беларуси на каникулах. Вернувшись во Францию после одной такой поездки, Татьяна поняла, что у мужа есть другая женщина. И он с ней проводил те летние месяцы, когда она отсутствовала. 

– Такого предательства я не могла простить, учитывая, в каких условиях мы с детьми жили и сколько я терпела. Решила уйти. Это было в 2016 году. Дождалась, пока муж уйдет на работу, собрала вещи, на такси уехала к подруге. По случайному стечению обстоятельств в тот день супруг забыл дома банковскую карточку. Из-за лимита я смогла снять только 300 евро. Если бы в тот день был прямой рейс в Минск, мы бы улетели. В мое отсутствие муж понял всю ситуацию и подал заявление в полицию, что я собираюсь похитить детей. Им запретили выезд. 

После этого случая муж просил прощения у Татьяны, умолял вернуться. Первое время, вспоминает женщина, было всё хорошо. Но недолго. Потом снова начались испытания. Родители готовы были выслать дочери денег на билет, но вывезти детей из Франции она не могла. Начала просить мужа отпустить их в Беларусь проведать ее больного отца. Обещала вернуться. Он смилостивился, дал согласие на выезд детей.

К родному гнезду 

Татьяна покинула Францию летом 2019 года. Поселилась у родителей. Здесь дети чувствуют себя прекрасно. Сын пошел в первый класс, дочка ходит в старшую группу детсада. Татьяна устроилась на работу. Казалось бы, жизнь налаживается. Но супруг добивается возврата детей.

– Когда он узнал, что мы не собираемся возвращаться, разозлился. В переписке мы наговорили друг другу много гадостей. Он меня обвинил, что я выкрала детей. На эмоциях написала, что не выкрала, но, если он будет себя так вести, то выкраду и отвезу к сестре в Казахстан. Хотя у меня нет никакой сестры там. Просто хотела ему насолить. Но, как я потом поняла, сделала большую ошибку, написав такую фразу. 

Эти слова сработали против Татьяны. Иностранец подал иск в суд, что супруга похитила детей.  

– Я летала во Францию на заседание суда, детей с собой не брала, боялась, что уже не смогу их оттуда вывезти. Муж меня не пустил даже в дом. Встретились лишь в суде. Он его выиграл. По решению суда дети должны жить с ним, а я могу их брать только по субботам и воскресеньям. Но это же нелогично, ведь я живу в другой стране. 

Татьяна подала апелляцию и надеется на то, что белорусское правосудие защитит ее детей и не допустит высылки малолетних граждан Беларуси за пределы страны. А француз, в свою очередь, подал иск о возврате детей на основании Гаагской Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей. 

– Я уже столько документов изучила, за полгода ни одну ночь спокойно не спала. Белорусский суд может стать на мою защиту, оставить мне детей, но супруг тоже будет иметь на них права, и с ними путешествовать. Боюсь, что он вместе с детьми поедет во Францию. Меня не допустит к ним. Там уже будут действовать местные законы. Я в отчаянии. 

P.S.Имя изменено по просьбе героини. Женщина не так давно устроилась на работу и не хотела бы, чтобы коллеги знали подробности ее личной жизни, о которых она рассказала «Перспективе». 

гродненка суд француз муж защита
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Оцените первым
(0 оценок)
Пока еще никто не оценил
Пока никто не рекомендует
Авторизируйтесь ,
чтобы оценить и порекомендовать
Комментарии